Апрельский снег. Автор Евгений Шабаев
Апрельский снег летит по небу, в морозной склоке ветровой. Тепла ты от него не требуй, у всех снежинок блеск другой. Такой прозрачною слезою и острой кромкой неживой. Они летят, летят по небу, и крик у каждой болевой. У каждой крошки мироздания душа наполнена своим. У каждой грани наполнения судьба исполнена чужим. Когда горит холодным блеском, так ярка, отражая боль, Ты изнутри, погодным треском, всей кожей чувствуешь мозоль. О Боже мой, твои страдания, которые ты унесёшь, Растаяв в жизни понимания, от нас теперь не украдёшь. Ребячий смех и песнь от Рода, от Белгородского двора, Границы Курского подворья и Брянского монастыря. Горят морозные снежинки, как души, отнятые там. Детей, отцов, дедов пушинки с могил к нам в мирный дом летят. Собачий вой голодной смерти и песнь молитвы у ручья. Протяжный стон всей женской мести, из горя жизни, забытья. Забыли, смертью растоптали, смеются хором невпопад. Размыли, "скромно" умолчали, заткнули в адский хит-парад... Летят апрельские снежинки, кружась под окнами в Кремле. Они — души людей крупинки, затерянные в русской мгле. Ответа просят и уходят, погаснув в блеске суеты. Из окон к ним никто не сходит, глаза их кровью налиты. Кто нам "снежинок" посчитает на русской, преданной земле? Кто защитит, не убегает и оживит их всех в тепле? Апрельский снег летит по небу, в морозной склоке ветровой. Тепла ты от него не требуй, у всех снежинок блеск другой!
Апрельский снег летит по небу, в морозной склоке ветровой. Тепла ты от него не требуй, у всех снежинок блеск другой. Такой прозрачною слезою и острой кромкой неживой. Они летят, летят по небу, и крик у каждой болевой. У каждой крошки мироздания душа наполнена своим. У каждой грани наполнения судьба исполнена чужим. Когда горит холодным блеском, так ярка, отражая боль, Ты изнутри, погодным треском, всей кожей чувствуешь мозоль. О Боже мой, твои страдания, которые ты унесёшь, Растаяв в жизни понимания, от нас теперь не украдёшь. Ребячий смех и песнь от Рода, от Белгородского двора, Границы Курского подворья и Брянского монастыря. Горят морозные снежинки, как души, отнятые там. Детей, отцов, дедов пушинки с могил к нам в мирный дом летят. Собачий вой голодной смерти и песнь молитвы у ручья. Протяжный стон всей женской мести, из горя жизни, забытья. Забыли, смертью растоптали, смеются хором невпопад. Размыли, "скромно" умолчали, заткнули в адский хит-парад... Летят апрельские снежинки, кружась под окнами в Кремле. Они — души людей крупинки, затерянные в русской мгле. Ответа просят и уходят, погаснув в блеске суеты. Из окон к ним никто не сходит, глаза их кровью налиты. Кто нам "снежинок" посчитает на русской, преданной земле? Кто защитит, не убегает и оживит их всех в тепле? Апрельский снег летит по небу, в морозной склоке ветровой. Тепла ты от него не требуй, у всех снежинок блеск другой!
