Взорвать Байкал: план СССР который скрывали
Представьте: вы стоите на берегу Байкала. Священное море, место силы. Здесь, по легенде, старик Байкал бросил вслед своей непокорной дочери Ангаре огромный камень. Шаман-камень. Местные буряты веками верили: здесь живёт грозный дух — хозяин реки Ама Саган Нойон. Сюда привозили преступников, оставляли на ночь на скале посреди ледяной воды. Если дух не смывал его — значит, невиновен. А теперь представьте другое. Конец 1950-х. Москва. Кабинеты в министерствах. Инженеры в строгих костюмах склонились над картами. И звучит предложение: эту скалу... ВЗОРВАТЬ К ЧЁРТОВОЙ МАТЕРИ. Тридцать тысяч тонн аммонита. Семь километров подземных штолен. И грандиозная цель: спустить Байкал на 5 метров . 🔥 Безумный проект «Прорезь»: хроника ядерного безумия Всё началось с простой инженерной задачи: как быстрее заполнить водохранилище строящейся Братской ГЭС? Оно вмещало около 200 млрд кубометров воды — копить пришлось бы 4 года . И тут главный инженер сектора Ангары Московского института «Гидроэнергопроект» Н.А. Григорович смотрит на Шаман-камень и видит не святыню, а помеху. Ведь камень — это лишь верхушка. Скала тянется по дну Ангары на несколько километров . В Союзвзрывпроме инженеры Васильев и Кобзев садятся за расчёты. В августе 1957 года выдают вердикт: «Ничего невозможного нет» . План: пробурить с левого берега восемь наклонных колодцев и восемь горизонтальных штолен. Соединить их в семикилометровый тоннель высотой 3 м и шириной 2.5 м. Заложить туда ЕДИНЫЙ ЗАРЯД – 30 ТЫСЯЧ ТОНН АММОНИТА . 💣 Переводим на понятный язык: 25.5 килотонны Аммонит слабее тротила. В тротиловом эквиваленте это примерно 25 500 тонн . Что это значит? 425 вагонов взрывчатки (по 60 тонн). Состав длиной 6,5 километров — от Кремля до окраин Москвы. Мощнее первой советской атомной бомбы РДС-1 (22 килотонны). Проект «Прорезь» планировал взорвать заряд МОЩНЕЕ ПЕРВОЙ АТОМНОЙ БОМБЫ СССР . Чтобы получить такую мощность обычными бомбами, нужно сбросить 2 318 «матерей всех бомб» (MOAB) одновременно в одну точку. Взрыв создал бы рукотворное землетрясение силой 6–8 баллов. Один такой удар мог состарить здания в Иркутске на 25 лет за секунду. 🐟 Абсурдный план спасения: электрополе для омуля Даже у суровых взрывников возникли сомнения: 30 тысяч тонн — это не петарда. Что будет с рыбой? К проекту подключили авторитетнейших людей: член-корреспондента АН СССР М.А. Садовского и доктора наук Г.И. Покровского. И они дали... положительное заключение ! Они заявили: опасные колебания почвы — только в радиусе 1.5 км. А водяной таран быстро погасится в просторах Байкала. И даже предложили гениальный план спасения рыбы: создать электрополе, которое отпугнёт рыбу от эпицентра . Осознаёте абсурд? Чтобы создать поле радиусом хотя бы километр, нужна мощность с небольшую ГЭС и тонны кабеля прямо над штольнями с 30 тысячами тонн аммонита. А аммонит детонирует от мощного электромагнитного импульса. То есть рыбу спасали бы ценой собственного подрыва. ⚔️ Сражение на конференции: Григорович против Моисеева Всё шло по плану. К 1957 году уже велись изыскания. Взрыв наметили на 1959 год . Казалось, судьба Байкала предрешена. Но в августе 1958 года в Иркутске открылась конференция по развитию производительных сил Восточной Сибири. Григорович докладывает проект: слив воды даст дополнительно 32–36 млрд кВт·ч, сэкономит миллионы тонн угля . Зал рукоплещет? Нет. Встаёт главный инженер Ангарскгэсстроя С. Моисеев и начинает разнос. Он заявляет: «Идея слива Байкала сооружением глубокой прорези порочна от начала до конца, и осуществления её история нам не простит» . Он спрашивает: когда восстановится уровень? Восстановится ли вообще? Гарантий нет. 📰 Письмо, которое остановило ядерный взрыв 21 октября 1958 года в «Литературной газете» выходит материал «В защиту Байкала». Это не просто письмо — ультиматум совести. Под ним подписались 13 человек: начальник строительства Иркутской ГЭС Андрей Бочкин, директор Байкальской лимнологической станции Григорий Галазий, писатели, учёные .
Представьте: вы стоите на берегу Байкала. Священное море, место силы. Здесь, по легенде, старик Байкал бросил вслед своей непокорной дочери Ангаре огромный камень. Шаман-камень. Местные буряты веками верили: здесь живёт грозный дух — хозяин реки Ама Саган Нойон. Сюда привозили преступников, оставляли на ночь на скале посреди ледяной воды. Если дух не смывал его — значит, невиновен. А теперь представьте другое. Конец 1950-х. Москва. Кабинеты в министерствах. Инженеры в строгих костюмах склонились над картами. И звучит предложение: эту скалу... ВЗОРВАТЬ К ЧЁРТОВОЙ МАТЕРИ. Тридцать тысяч тонн аммонита. Семь километров подземных штолен. И грандиозная цель: спустить Байкал на 5 метров . 🔥 Безумный проект «Прорезь»: хроника ядерного безумия Всё началось с простой инженерной задачи: как быстрее заполнить водохранилище строящейся Братской ГЭС? Оно вмещало около 200 млрд кубометров воды — копить пришлось бы 4 года . И тут главный инженер сектора Ангары Московского института «Гидроэнергопроект» Н.А. Григорович смотрит на Шаман-камень и видит не святыню, а помеху. Ведь камень — это лишь верхушка. Скала тянется по дну Ангары на несколько километров . В Союзвзрывпроме инженеры Васильев и Кобзев садятся за расчёты. В августе 1957 года выдают вердикт: «Ничего невозможного нет» . План: пробурить с левого берега восемь наклонных колодцев и восемь горизонтальных штолен. Соединить их в семикилометровый тоннель высотой 3 м и шириной 2.5 м. Заложить туда ЕДИНЫЙ ЗАРЯД – 30 ТЫСЯЧ ТОНН АММОНИТА . 💣 Переводим на понятный язык: 25.5 килотонны Аммонит слабее тротила. В тротиловом эквиваленте это примерно 25 500 тонн . Что это значит? 425 вагонов взрывчатки (по 60 тонн). Состав длиной 6,5 километров — от Кремля до окраин Москвы. Мощнее первой советской атомной бомбы РДС-1 (22 килотонны). Проект «Прорезь» планировал взорвать заряд МОЩНЕЕ ПЕРВОЙ АТОМНОЙ БОМБЫ СССР . Чтобы получить такую мощность обычными бомбами, нужно сбросить 2 318 «матерей всех бомб» (MOAB) одновременно в одну точку. Взрыв создал бы рукотворное землетрясение силой 6–8 баллов. Один такой удар мог состарить здания в Иркутске на 25 лет за секунду. 🐟 Абсурдный план спасения: электрополе для омуля Даже у суровых взрывников возникли сомнения: 30 тысяч тонн — это не петарда. Что будет с рыбой? К проекту подключили авторитетнейших людей: член-корреспондента АН СССР М.А. Садовского и доктора наук Г.И. Покровского. И они дали... положительное заключение ! Они заявили: опасные колебания почвы — только в радиусе 1.5 км. А водяной таран быстро погасится в просторах Байкала. И даже предложили гениальный план спасения рыбы: создать электрополе, которое отпугнёт рыбу от эпицентра . Осознаёте абсурд? Чтобы создать поле радиусом хотя бы километр, нужна мощность с небольшую ГЭС и тонны кабеля прямо над штольнями с 30 тысячами тонн аммонита. А аммонит детонирует от мощного электромагнитного импульса. То есть рыбу спасали бы ценой собственного подрыва. ⚔️ Сражение на конференции: Григорович против Моисеева Всё шло по плану. К 1957 году уже велись изыскания. Взрыв наметили на 1959 год . Казалось, судьба Байкала предрешена. Но в августе 1958 года в Иркутске открылась конференция по развитию производительных сил Восточной Сибири. Григорович докладывает проект: слив воды даст дополнительно 32–36 млрд кВт·ч, сэкономит миллионы тонн угля . Зал рукоплещет? Нет. Встаёт главный инженер Ангарскгэсстроя С. Моисеев и начинает разнос. Он заявляет: «Идея слива Байкала сооружением глубокой прорези порочна от начала до конца, и осуществления её история нам не простит» . Он спрашивает: когда восстановится уровень? Восстановится ли вообще? Гарантий нет. 📰 Письмо, которое остановило ядерный взрыв 21 октября 1958 года в «Литературной газете» выходит материал «В защиту Байкала». Это не просто письмо — ультиматум совести. Под ним подписались 13 человек: начальник строительства Иркутской ГЭС Андрей Бочкин, директор Байкальской лимнологической станции Григорий Галазий, писатели, учёные .