Ода старости
Я, что ли, виноват, Что время Изъело рожу И смело всю шевелюру, Светит темя, Со мной без лампочки светло. Морщины старости все глубже, Седые пряди на висках... Такой я девушкам не нужен, Я вызываю только страх. Как ненавижу оболочку! В душе мне только двадцать пять. Кто ж виноват, что скоро дочку, Вторую, замуж отдавать? Но мне неведома усталость - Любому фору дать готов, Какая это, к черту, старость, Когда кипит любовью кровь?! Но, вот беда, своих ровесниц - Старух - желать я не могу, А девы юные, хоть тресни, Как от заразного, бегут. Им бы послушать речь лихую, Понять азарт и ярость сил... Мне ж рожу выдали плохую, Чтоб юных я не обольстил. Готов с детьми я бегать, прыгать, Готов в запятнашки играть, Готов тебя без всяких выгод Всю ночь, как дьявол, целовать. Представь, что я с другой планеты,. Что внешность - чушь, Что молод я. Что третий год, не знаю, где ты, Что адом стала мне Земля. Что ты, как вечное проклятье, Что ты - бессрочная тюрьма, Незавершенное объятье, Неискупленная вина.
Я, что ли, виноват, Что время Изъело рожу И смело всю шевелюру, Светит темя, Со мной без лампочки светло. Морщины старости все глубже, Седые пряди на висках... Такой я девушкам не нужен, Я вызываю только страх. Как ненавижу оболочку! В душе мне только двадцать пять. Кто ж виноват, что скоро дочку, Вторую, замуж отдавать? Но мне неведома усталость - Любому фору дать готов, Какая это, к черту, старость, Когда кипит любовью кровь?! Но, вот беда, своих ровесниц - Старух - желать я не могу, А девы юные, хоть тресни, Как от заразного, бегут. Им бы послушать речь лихую, Понять азарт и ярость сил... Мне ж рожу выдали плохую, Чтоб юных я не обольстил. Готов с детьми я бегать, прыгать, Готов в запятнашки играть, Готов тебя без всяких выгод Всю ночь, как дьявол, целовать. Представь, что я с другой планеты,. Что внешность - чушь, Что молод я. Что третий год, не знаю, где ты, Что адом стала мне Земля. Что ты, как вечное проклятье, Что ты - бессрочная тюрьма, Незавершенное объятье, Неискупленная вина.